– Я помогу. Не деньгами, но материалами. У меня клиент на стройке, я договорюсь о скидке. И крышу, если что, профинансирую.

— Я буду приезжать готовить, — сказала Ольга. — И убирать. Мы с мужем по выходным сможем.

Все посмотрели на Алексея. Он сидел, опустив голову, и молчал. Павел видел, как у него дрожит кадык. Брат хотел закричать, хотел стукнуть кулаком, хотел сказать: «Да пошли вы все!». Но вместо этого тихо спросил:

– Тетя Паша знает?

– Нет, – ответил Павел.

– Тогда зови. Скажем ей, – Алексей встал, нащупал в кармане пачку сигарет. — Но, если через год ничего не сделаете – я сам найду покупателя. Клянусь.

Они позвали тетю Пашу.

Бедная женщина на радостях расплакалась:

‒ Это правда?

– Правда, – кивнул Павел. – Что надо – мы отремонтируем. Вы только за порядком будете смотреть.

– А вы? – спросила она. – Вы приедете?

– Конечно! Летом. С детьми.

Тетя Паша молчала долго, потом села на табуретку и закрыла лицо руками. Плечи ее дрожали.

Павел обнял ее – худенькую, пахнущую мятой и старостью — и почувствовал, что она прижимается к нему, как к сыну.

‒ Глупенькие, — сказала она сквозь слезы. – Дом старый, деньги нужны. А я… я бы и так прожила.

– Нет, – сказал Алексей хрипло. Он стоял у двери, смотрел в пол. – Мы своих не бросаем.

– Своих, – повторила тетя Паша. И улыбнулась впервые за долгое время.

Через месяц Павел приехал с инструментами. Начал с крыши ‒ снял старый шифер, постелил рубероид. Алексей привез цемент, помог залить отмостку. Дмитрий прислал новые окна — пластиковые, теплые. Ольга приезжала по субботам, мыла, скребла, белила.

К лету дом задышал по-новому. Крыша не текла, из окон не дуло, печь, которую переложили, давала жар с самого утра. Тетя Паша переселилась в мамину комнату – светлую, с окном на сад. Стены выкрасили в нежно-голубой ‒ мать любила этот цвет.

В июле все приехали с детьми. Павел привез троих, Ольга — внуков, Дмитрий — своих подростков. Алексей приехал один, но с мешком подарков: каждому ребенку – по шоколадке, тете Паше – теплый платок.

Они сидели на крыльце, пили чай с мятой, смотрели, как ребятня носится по двору. Тетя Паша гладила кота, щурилась на солнце и улыбалась.

‒ Мама бы порадовалась, ‒ проговорила она.

‒ Она радуется, ‒ ответил Павел. ‒ Там, наверху.

Алексей сидел на ступеньках, курил и смотрел в небо. Потом вынул сигарету изо рта и сказал:

‒ А знаешь, Паш, а я зубы так и не вставил.

‒ Как? ‒ удивился Павел. ‒ Я же тебе дал половину.

– Отдал я их… Сыну на лечение. Решил: зубы – это ерунда. Без зубов поживу. А вот без сына – нет.

Павел молчал. Смотрел на брата – такого же лохматого, как в детстве, такого же упрямого.

– Ты молодец, – сказал он. – Хотя и балбес.

– Сам балбес, — ответил Алексей и улыбнулся. Щербато, но искренне.

* * *

Тетя Паша дожила до восьмидесяти двух. Умерла тихо, во сне.

Дом братья и сестра не продали, хотя риелторы звонили каждую неделю.

* * *

Павел живет здесь большую часть года. Перевелся на удаленку. Дети ходят в деревенскую школу.

* * *

Как-то за общим ужином Алексей отложил ложку и сказал:

– Мы тут посоветовались… Короче: оформляем дом на тебя, Паш. Ты его спас, тебе и беречь.

Павел поперхнулся чаем, хотел отказаться, но Ольга положила руку ему на плечо:

– Не спорь. Мама хотела бы, чтобы дом остался у того, кто бережет его душу. Как ты…

* * *

Летом в доме по-прежнему шумно – приезжают все: с внуками, с шашлыками. На крыльце стоят старые тапки: мамины и тети Пашины. Их не выбросили. Просто так. Оставили на память.

Алексей приезжает каждое воскресенье. Наконец-то у него – голливудская улыбка. Он улыбается широко, во весь рот.

И приезжая, каждый раз спрашивает:

– Ну что, все дома?

Павел кивает…

Автор: Сушкины истории