Тамара влюбилась на первом курсе института, потеряла голову и, конечно, сразу забеременела. Несчастный восемнадцатилетний юноша не готов был к такому повороту, испугался и отказался от неё.

Мама запретила делать аборт, сидела с маленькой Алисой, пока Тамара была в институте. Она так и не вышла больше замуж. Никому не верила, боялась снова ошибиться. Вот если бы тогда ей встретился Евгений. Высокий, статный, со зрелой мужской красотой. Тамара хорошо понимала дочь.

В тот день она согласилась забрать из садика Макара. Никаких предчувствий не было. Дочь сказала, что поедет за город на какие-то гонки. Нет, не участвовать, смотреть.

Они уже возвращались в город, байки ехали цепочкой по трассе. С боковой дороги внезапно вылетел внедорожник. Он не рассчитал скорость и задел последних двух байкеров. Они слетели с трассы в кювет. Парень остался жив, лишь сломал ногу. А Алиса получила серьёзную черепно-мозговую травму. Через неделю она умерла, так и не выйдя из комы.

Тамара тогда обвинила Евгения в гибели дочери.

— Зачем купил ей байк и научил ездить? Зачем? Алиса жила бы, родила дочку, как мечтала, — кричала она на осунувшегося и почерневшего от горя зятя.

Она думала, что её горе сильнее, не понимала, что ему тоже плохо. Потом забрала Макара к себе. Евгений не возражал. Понимал, что внук для неё единственное спасение, смысл жизни после потери дочери.

Потом, конечно, хотел забрать себе сына. Но Тамара умоляла оставить его с ней. Евгений приходил часто, приносил деньги, игрушки, проводил время с сыном. Тамара понимала, что поступает как эгоистка, отняв у него сына, но ничего не могла с собой поделать. Макар заменил ей погибшую дочь.

Прошёл год. Приближалось лето, которое обещало быть дождливым и прохладным. Евгений предложил поехать в отпуск на море.

— Поезжайте, — согласилась Тамара. – Вам с сыном нужно побыть вместе.

— Нет, вы поедете с нами. Вам тоже нужно отдохнуть. Это не обсуждается, – заявил Евгений.

— Я вам буду только мешать, стеснять вас. Не вечно же вы будете один. Познакомитесь там с какой-нибудь девушкой, – сказала Тамара, отвернувшись к окну, по которому ползли капли дождя.

— Бросьте, Тамара Михайловна. Мы без вас не поедем, — уговаривал Евгений.

— Ну хорошо, — сдалась она.
Если честно, ей страшно было отпускать Евгения с пятилетним сыном на море. Мало ли что.

После ухода Евгения, Тамара открыла шкаф, достала все свои сарафаны и платья. Прикладывала к себе, рассматривала себя в зеркало. Вдруг поймала пристальный взгляд Макара, который сидел на диване и смотрел на неё. Стало стыдно. «Ты что придумала? Перед кем собралась красоваться? Ты мать его погибшей жены. Он ещё любит её», — сказала она своему отражению, и убрала одежду в шкаф.

В отеле Евгений снял для Тамары отдельный номер. Каждый день они ходили к морю. На пляже она то и дело поглядывала на Евгения, любовалась его красивым телом. Замечала, что на него поглядывают и другие молодые женщины.

А он играл с сыном, увлечённо строил замок из песка. К ним присоединились другие дети. Их мамы стояли неподалёку и без зазрения совести строили глазки Евгению, разжигая в сердце Тамары ревность. Ей надоело наблюдать это, она подошла к ним. Евгений подвинулся, уступил ей место у замка.

— Макар, давай наденем футболку, спина сгорит, — ни на кого не глядя, сказала Тамара.

С удовольствием заметила, как вытянулись лица у мамаш. Понятно, что они приняли её за маму Макара, жену Евгения. Больше женщины не строили Евгению глазки.

Душными ночами Тамара не могла уснуть, вспоминая Евгения на пляже, его тело. Торопила время, чтобы уехать домой, и не видеть его.

Однажды Евгений обрезал ногу об острый край раковины. Кровь никак не удавалось остановить. Пришлось ехать в больницу и зашивать рану.

На следующий день они с Макаром ходили на море одни. Когда вернулись, разомлевший на солнце внук быстро уснул. Тамара зашла в комнату к зятю, узнать, как он. Он лежал на кровати поверх одеяла в шортах и без футболки, вытянув забинтованную ногу, и читал журнал.

— Хотела узнать, как вы, — смущённо спросила Тамара.

Она хотела уйти, но Евгений удержал её за руку.

— Не уходите, Тамара Михайловна. Присядьте.

Но она осталась стоять, стараясь не смотреть на его обнажённую грудь.

— Я давно хотел сказать… Не поймите меня неправильно… Я любил вашу дочь. Я представлял, что с возрастом она будет похожа на вас. Вы…

— Что вы такое говорите? — Тамара бросила на зятя гневный взгляд. Евгений проворно вскочил с кровати и обнял её.

— Я стою на одной ноге. Если ты оттолкнёшь меня, я упаду.

Тамара задохнулась от близости, замешкалась на мгновение. Он воспользовался её замешательством и поцеловал. Его губы были теплыми и нежными, а тело пахло морем и солнцем. У Тамары закружилась голова. Она безвольно обмякла в его руках. Потом опомнилась, оттолкнула Евгения. Он сел на кровать.

— Это неправильно. Я не Алиса, я ваша тёща, — гневно сказала она.

Евгений поморщился.

— Я даже в мыслях тебя никогда так не называл. Извини, не сдержался. Этого не случилось бы, если бы Алиса была жива. Но её больше нет. Она — это она. Ты — это ты. Мы оба свободные, живые и молодые. Что тут неправильного? Для Макара ты лучшая мама, никакой другой ему не надо, если ты об этом.

— Я его бабушка, – возмущённо сказала Тамара.

Евгений взял её за руку, потянул к себе.

— Прекратите! — Тамара вырвала руку и отступила о Евгения на безопасное расстояние.

— Прости…

Она убежала в свою комнату, где спал Макар. За ужином старалась не смотреть на Евгения, не замечать его. Ей казалось, что она предала дочь.

Однажды они гуляли втроем по берегу моря. Мальчик искал в воде ракушки.

— Давай поговорим. Я не могу так. Ты избегаешь меня. Ты же чувствуешь ко мне тоже, что и я. Я вижу.

— Евгений, вы ошибаетесь. Вы мой зять. Что скажут люди?

— Какая разница? Мы никому не мешаем, ничего не нарушаем, никого не предаём и не изменяем. Да, я отец Макара, но больше не твой зять. Разве не видишь, как я с ума схожу? Я же чувствую, что нравлюсь тебе. Не обманывай ни себя, ни меня…

Разговорившись, он не заметили, что ушли довольно далеко. На обратном пути Евгений взял сына на руки. Мальчик уснул, положив голову ему на плечо. Всю дорогу молчали. Вернувшись в отель, Евгений отнёс сына в свою комнату, уложил на кровать. Потом вошёл в номер Тамары.

— Что вы себе позволяете? Выйдите…

— Не надо кричать, разбудишь сына. Не гони меня. Не бойся. Я не собираюсь набрасываться на тебя. Просто поговорим. – Он подошёл совсем близко. — Давай попробуем быть вместе. Сколько можно мучиться? – Евгений не сводил с Тамары глаз.

— Мы не делаем ничего предосудительного. Мы свободны. У нас есть Макар, которого мы оба любим. Я не могу прийти к тебе жить, хотя просто мечтаю об этом. А ты не сможешь жить в квартире, где мы жили с Алисой. Так? Я давно присмотрел дом. Для нас. Я продам квартиру и куплю его. Там нас никто не знает.

— Но рано или поздно узнают, будут осуждать, сплетничать. Потом, Макар… Он же всё понимает, — возразила Тамара.

Разговор ей не нравился. Но лучше сразу определить роль и место каждого в этой истории.

— Да он будет рад, что мы вместе, что я не уйду и буду с ним каждый день. Разве это плохо? Мы перестанем, наконец, делить его. Я ужасно скучаю по нему. По тебе. Я не тороплю тебя. Подумай. — Евгений вдруг обнял Тамару.

Она замерла, чувствуя его горячего тела, слыша, как стучит в груди его сердце. Её захлестнуло горячей волной трепетной страсти, горло перехватило спазмом от давно желанной близости. Но Тамара осторожно отстранилась.

Евгений вышел из номера. Тамара подошла к окну и прижалась горячим лбом к прохладному стеклу.

Вечером они снова гуляли по берегу. Волны ласкали их босые ноги. Макар шёл посередине, держа их обоих за руки.

«Как семья, — подумала Тамара. – Может, и правда, стать ею ради Макара? Что же делать, если так случилось? Если Евгений заберёт у меня Макара, что будет со мной? А он может, он отец…

Нет, меня будут осуждать, обвинять. Так устроены люди. В чужом глазу соринку видят, а в своём и бревна не замечают…» — размышляла Тамара, идя по берегу моря. Евгений поглядывал на неё, но не мешал, не заговаривал.

«Не ври хотя бы себе. Ты любишь его. Ведь растят же бабушки своих внуков, и те называют их мамами. Что в этом плохого? Бабушка – та же мама. Родной человек, любящий. Разве мачеха лучше? Вряд ли», — снова терзала она своё сердце сомнениями.

Тамара вспомнила, как дочь спросила её однажды, вышла бы она замуж за Евгения, если бы встретила его раньше? Вся беда в том, что они встретились не раньше, а позже. Он женился на её дочери. Но Алисы нет. Ради чего отказываться от своего счастья?

Тамара сдалась не сразу. Евгений всё-таки купил дом, привёз их с Макаром показать. Мальчику очень понравилась его комната.

— А это спальня. — Евгений распахнул дверь соседней комнаты. Заметил, как напряглась Тамара. — Рядом есть ещё одна комнаты. Если хочешь спать отдельно, — сказал он, погрустнев.

— Мы теперь будет здесь жить? Вместе? С тобой? – радовался Макар, бегая по дому.

Про маму он не вспоминал. Вернее, не спрашивал. Так устроены дети, они зачастую ведут себя мудрее взрослых. Он был счастлив. Зачем его волновать и тревожить?

Тамара ни разу не пожалела, что осталась с ними в этом доме. Какая разница, что скажут люди? Пусть говорят. Она давно перестала волноваться по этому поводу. Просто была счастлива…

«Это простая история, но её нелегко рассказать. В ней, как в сказке, много горя и, как сказка, она полна чудес и счастья»
«- Да, забыл вам сказать!
— Говорите
— Я никому этого не скажу, тем более вам. Я не скажу, что хочу любить вас прямо здесь перед вашим домом всю оставшуюся жизнь»
Цитата из фильма «Жизнь прекрасна»

Автор: Живые страницы