Катерина привела бабку на следующий же день. Кто-то из жителей села подсуетился и нашел в соседнем районе. Про Варвару говорили «дюже сильная», редко соглашалась помогать, так как работала только со сложными случаями, когда остальные уже отказывались. Деньги не брала, даже на продукты не соглашалась. А если оставляли на крылечке, уносила бедным семьям с детворой.

Варвара сразу поняла «масштаб работы». Выпроводила детей за дверь, попросила соблюдать полную тишину. Задернула занавески, разложила на столе какие-то свои атрибуты, зажгла свечи.

Евдокия со страхом, трепетом и надеждой наблюдала за ее приготовлениями. Такое действие первый раз разворачивалось на ее глазах и казалось чем-то сказочным невероятным.

Варвара подожгла пучок травы, окурила комнаты, помахала дымящейся веточкой на ложем больной женщины. Затем взяла в руки небольшое зеркальце, положила рядом с Евдокией и попросила ее закрыть глаза.

Евдокия с закрытыми глазами чувствовала, как Варвара проводит над ней руками до живота, как будто соскребая что-то. От головы до пупка, потом от ног до пупка и так по очереди. При этом она что-то бормотала себе под нос, как ни пыталась Евдокия прислушиваться, так ничего и не поняла. Язык был ей не понятен. На мгновение стало страшно, но потом Евдокия успокоилась и решила «будь что будет».

По телу вслед за руками Варвары пробегали волны боли. Она нарастала около пупка. Если бы евдокия могла кричать, аона бы точно не сдержалась. Боль становилась сильной, выкручивающей мышцы, выламывающей суставы. Одновременно Евдокии казалось, что она чувствует, как что-то тягучее выходит из нее. Это было необычно.

Затем произошло что-то странное. Варвара быстро-быстро заговорила что-то, как будто испугавшись, а Евдокия впала в беспамятство.

…Она вдруг очутилась на кладбище. Было темно, сыро и туманно. Кое-где светились зелененькие огонечки. Бродили какие-то люди в темных одеждах, кто-то плакал, кто-то смеялся, кто-то кричал. Евдокия не могла понять, что это за место и как она, вообще, здесь оказалась. Куда идти? Где выход? Фигуры сновали, обдавая холодом и смрадом. Они словно не замечали растерянную женщину.

Евдокия увидела старушку, сидящую на скамеечке у могилы. Подошла к ней, чтобы узнать, где выход, но отшатнулась, когда женщина подняла на нее глаза. Вместо них были глубокие черные провалы. Евдокия рванула было бежать, но женщина тихим мягким голосом остановила ее.

-Рано тебе еще… Не в свое время пришла, этого не простят. Вон туда пройди, — ткнула женщина в проход между могилами. — Дойдешь до конца, увидишь, что делать надо. Только… не сдавайся. Ты должна перебороть, иначе не в свое время уйдешь, будешь тут болтаться ни жива ни мертва.

Евдокия пошла по указанному пути. Фигуры то сновали, то пропадали, то замирали у могил. Кто-то бесновался, издавал душераздирающие крики, кто-то просил пить или есть, кто-то пытался откопать могилу. Зрелище было ужасное, и Евдокия торопилась уйти отсюда скорее.

Тропинка внезапно оборвалась. Женщина оказалась у могилы, на которой было написаны… ее имя и фамилия. Но больше всего ее потрясла фигура согнувшейся над могилой женщины, напоминавшей Любку. Евдокия внимательно пригляделась к ней и увидела, что та прижимает к земле могильный камень, аккурат на том месте, где должны быть грудь усопшего. А рядом с Любкой прыгало существо, от одного вида которого оторопь брала. Это существо подначивало Любку, что и как делать. Когда до Евдокии дошла суть происходящего, она кинулась к Любке и попыталась сбросить ее с могилы.

Однако та одной рукой отшвырнула Евдокию и еще сильнее прижала камень. Голова закружилась, ноги подкосились. Собрав последние силы и попросив о помощи Бога, Евдокия вновь набросилась на Любку. Существо попыталось помешать, но женщина вцепилась обеими руками, попыталась оторвать ведьму от камня. Та что-то забормотала жутким голосом, и Евдокия увидела, как в их сторону стали подтягиваться фигуры, которые до этого не обращали на них никакого внимания. В голове промелькнули слова женщины со скамейки. Евдокия рванула на себя Любку, повалила на землю, и, дотянувшись до камня, схватила его. Разом ушли скованность и слабость. Любка сорвалась и помчалась прочь от Евдокии, но не отбежав и 10 метров, свалилась, поверженная могильным камнем.

Вокруг Евдокии все закрутилось, завертелось, а потом разом исчезло…

***

-Очнулась, родимая… Сильна, мать, сильна… Когда ты отключилась, я думала уже все… Не спасу. Меня саму заколошматило, забило, как током рубануло. Человек-то, сделавший это, свое дело хорошо знает. Да и сила у него, подсел видать наследственный, силу набрал ой-ей-ей. Еле справилась. Но и ты видать сильна. Что видела?

Евдокия уже чувствовала себя более-менее хорошо, могла говорить и дышать. Рассказала Варваре о том, что видела и делала. Ведунья только головой качала, мол, да, все верно, все правильно.

-Если бы испужалась, не вернулась бы обратно. Молодец, Евдокия, такую силу поборола. Честно признать, если бы сама сплоховала, я бы уже ничем помочь тебе не смогла… А теперь слушай. Зеркало это в полночь снеси к человеку, который сотворил такое с тобой. Закопай с восточной стороны забора либо угла. Скажи «Сила твоя (имя) здесь закопана, не достать тебе ее, не использовать тебе ее, не творить злобу против людей до самой смерти». Скажешь три раза и уйдешь, не оглядываясь. Как только сделаешь это окончательно выздоровеешь и годы твои к тебе вернутся.

***

Прошел месяц с того ужасного дня. Евдокия чувствовала себя хорошо, вновь расцвела, седину закрасила. Иван в дом вернулся и как будто позабыл, что с ним происходило. Морок спал окончательно.

Единственный, кто так и не смог отойти от этой истории — Любка. Никто не мог понять, что стало с насмешливой гордой красавицей колдуньей. Как-то поникла, пожухла, пострела. Мужики в след плевались, бабы потешались. Никто уже не боялся некогда наводившую страх на всю округу ведьму. В группе опусы и рассказы

Автор: Николаева Татьяна.