И она созвонилась и отправилась на встречу со своей бывшей преподавательницей в университете, кандидатом искусствоведения 70-летней уже Элеонорой Леонидовной. Решили встретится в уютном кафе.

Элеонора Леонидовна недавно ушла с преподавательской работы и была рада встретиться с бывшей своей ученицей. Когда-то она предлагала Виктории остаться в аспирантуре, но …

Они рассказали друг другу о своих делах, а потом Вика поведала историю мозаичной иконы и показала сьёмку.

– Это похоже Корсунская Божья Матерь. Но работа давняя, могу и ошибиться. Жаль, что пропадает.

– Элеонора Леонидовна, а что насчёт её чудесного обновления?

– Ну, ты же знаешь об обновлении икон, о самопроизвольном осветлении. Я долго изучала этот вопрос. Кстати, он так и остался открытым. Реставраторы, искусствоведы, технологи, фотографы, да многие этим занимались и продолжают заниматься. Особенно в Третьяковке.

Официальная версия – осветление – это умозрительное восприятие человека, такой эффект фокусирования зрения. То есть, мы смотрим долго, внимательно и нам кажется, что икона преобразилась. И мироточение икон тоже объясняют научными доводами. Но …

– Знаешь, – Элеонора Леонидовна помолчала, – Как сказала одна исследовательница мозга человека: » Чем глубже я исследую человеческий мозг, тем больше верю в Бога!»

Вот и я также: чем больше исследовала иконы, тем больше верила в Бога. Между Богом, судьбой человека, судьбой страны и судьбами древних икон есть невидимая связь.

Ведь Церковь в течение веков была созидательницей и носительницей культуры, и вся жизнь людей осмыслялась и направлялась этой верой. Нельзя такое перечеркнуть одним человеческим решением.

– Но ведь мозаика – это другое, – вставила Вика.

Элеонора Леонидовна отхлебнула кофе и задумалась.

– Понимаешь, если воспринимать эффект осветления, как простое человеческое восприятие зрением, то да – мозаика — это другое, а если верить, что иконы чудесным образом преобразуются, то какая разница. По-любому, чудо. Ты говоришь, взгляд у неё проникающий. Представляешь, сколько людей веками молилось, глядя в эти глаза, это ж какая сила там теперь!

Кто знает, может и хватает ей этой силы для чудесного возрождения? И дело каждого – верить или отрицать. Только вот что мудрее?

Элеонора Леонидовна улыбнулась.

– А ещё важно, что это увидела именно ты. Ничего не бывает в жизни просто так. Если Бог показал преображение мозаики именно тебе, значит это осмыслено свыше.

***

Через две недели Виктория опять была в развалинах Храма Преображения с раскладным стулом и тяжёлой ношей. Она приехала сюда с путешествующими друзьями и собиралась задержаться до вечера, на обратном пути друзья её заберут.

– Ну, здравствуй, – тихо поздоровалась она с мозаичной иконой, заглянув в её бездонные глаза.

Перекрестилась:

– Ты просила, вот я и вернулась. Благослови!

Вика взяла в руки маленькую лопатку, зашла в темный угол сросшейся со стеной колонны и начала разбирать мусор, ковырять землю в поисках стеклянной мозаики. Она складывала её в жестяную банку, набралось очень много. Вика даже не ожидала, что в каменном полу будет такая глубокая щель, заполненная мозаичным стеклом.

Она набрала банку и прикрыла остальное мусором. На сегодня ей хватит с избытком.

Вика отправилась на ручей, текущий под холмом, на котором стоял храм. Отмытые стеклянные мозаины сверкали в руках, как драгоценные камни. Она разложила их на солнце и залюбовалась.

Сколько трудов стоило художнику выложить такой шедевр из этих кусочков! Достойна ли она подправить хоть чуточку его труд, справится ли?

И время побежало…

Долгое время еще местные туристы заходили в величественный полуразрушенный храм и наблюдали, как молодая женщина, сидя на табуретке долго рассматривает стеклянные кусочки, обрабатывает стену и приклеивает их к преображающемуся лику Божьей Матери.

Икона возобновлялась. Сначала дело шло медленно, но потом художественный вкус и талант Вики подсказал, как правильно разобраться в отливах стекла. Пока не закончится осыпавшаяся мозаика, Вика будет сюда приезжать. А потом… Потом подумает, как восстановить недостающие детали.

– А Вы кто? Вас кто-то нанял реставрировать икону? – спросил как-то один заядлый посетитель. Он бывал тут часто, знал всё.

– Да!

– И кто же это так заинтересован?

– Она, – показала Виктория на икону и продолжила перемешивать клей.

Посетитель поднял глаза на изображение лика, присмотрелся и немного оторопел. Свет сквозь отсутствующий купол лился на икону сверху, и она уже не казалась такой печальной, в пронизывающем её взгляде встрепенулись надежды.

Прежде крайне печальная икона – улыбалась.

Автор: Рассеянный хореограф