А Катя действительно растерялась, смутилась, не знала, судя по всему, что и сказать… Сергей Иванович, видя это, тоже возмутился:

— Все, девушки, в таком тоне с вами никто разговаривать не будет! Я не понимаю, чем ты, Оля, так недовольна, и ты, Лена, чему так удивлена. Да, у нас большая разница в возрасте, и что? Ни меня, ни Катю это не смущает. И оскорблять свою жену я никому не позволю, даже своим дочерям.

— Ну что ты, папа! — нашлась наконец и Лена. — Оля просто от неожиданности, правда, Оль? Мы рады за вас и на свадьбу придем, не волнуйтесь! И ты, Катя, прости, Ольга у нас уж такая — вспыльчивая, на язык ядовитая…

— Зато ты у нас больно добренькая! ― кипятилась Ольга. ― Хоть бы об отце подумала, об его жизни! Тоже мне, поздняя любовь нашлась, свадьбу они праздновать будут!

И Ольга, хлопнув дверью, вылетела из отцовской квартиры. Лене пришлось, как обычно, краснеть и извиняться за сестру, хотя и сама она не была в восторге от всей этой ситуации. Не то чтобы она не хотела свадьбы отца и Кати, но что-то коробило, не давало покоя.

Когда она вышла из подъезда дома отца, то увидела Ольгу — та не ушла, поджидала сестру.

— Ну что, Ленка? Мамой-то не назвала любовь папашину? — спросила с насмешкой.

— Перестань, Оля. Я не понимаю, ну что ты взъелась? Вспомни, ты сама говорила, что хотела бы, чтобы папа жизнь свою устроил, счастливым был.

— Я и сейчас хочу, но не с этой же! Да ты сама подумай, Лена, она же нам ровесница, неужели ты думаешь, что там речь о каких-то чувствах с ее стороны?

— А о чем ещё? Отец у нас что, миллионер? Я вот не знала!

— А что квартира у него есть ― знала? Что у этой невесты отец пьет, да и мать, как я слышала, тоже… Ей просто дома жить тошно, никто из молодых замуж не берет, а в отцовской квартире она уже живет, если ты не заметила!

— Так, а тебе-то что с этой квартиры? Живет — и пусть себе живет.

На однокомнатную квартиру отца сёстры и правда не претендовали. Так уж получилось, что особых проблем с жилплощадью не было — с детства они с отцом жили во вполне приличной «трешке», когда дочки выросли, то, добавив к ней однокомнатную одной из бабушек, «сделали» из них две двухкомнатные для сестер. А отец переехал в однокомнатную, унаследованную от другой бабушки. То есть пресловутый квартирный вопрос никогда остро в семье не стоял. И кто бы мог подумать, что их поссорит такое, в общем-то, радостное событие — свадьба!

— Леночка! Да посмотри ты дальше своего носа. И дальше сегодняшнего дня. Что будет через несколько лет? Она — молодая женщина, он — старик. И хорошо еще, если более-менее здоровый! Ты понимаешь, в насколько уязвимом положении он будет находиться? — пыталась объяснить Ольга.

— Ну все, Оля включила «умную Эльзу»! Да ты пойми, никто не знает, что через минуту будет, а ты на сто лет вперед уже все обдумала! Ну допустим, что-то будет не так… А мы-то с тобой на что? Мы тоже будем молодыми. Что, не будем помогать папе, если что? Да и ему самому надолго ли эта Катя нужна будет? Так что я не понимаю, о чем ты переживаешь?

— О нем! Об отце, который, во-первых, на старости лет выставляет себя на посмешище; а во-вторых, это все лишний стресс! Который ему, в его-то возрасте, совсем ни к чему!

Нет, не могли сестры прийти к согласию, каждая полагала себя правой. И Ольга упорно считала, что имеет полное право, более того обязана расстроить эту свадьбу! То есть убедить отца, что ему не следует жениться. Елена же понимала, что отец женится, и боялась одного — что сестра уже на свадьбе устроит безобразную сцену. Она попыталась убедить Олю, что не следует портить папе праздник. Но та стояла на своем:

— Какой праздник? Ну что ты, дорогая, собираешься желать «молодым»? Долгих лет жизни? Кучу детишек? Ты сама-то понимаешь, что это будет за комедия?

— Ну так и не ходи на свадьбу! Там будут люди разумные, желающие отцу добра, радующиеся за него, а не за детишек и за то, кто сколько проживет! — в сердцах сказала Лена.

В следующий раз сестры опять встретились у отца уже накануне свадьбы. Пришли они, не сговариваясь: сперва Оля, решившая узнать, не прошла ли у отца «эта блажь», потом Лена — уточнить детали предстоящего торжества. Блажь, естественно, не прошла, а детали… Выяснилось, что они Сергея Ивановича вообще не волнуют. Кати дома не было, и отец решил просто поговорить с дочерями, попытаться в последний раз донести до них свои резоны.

— Блажь, Ольга, у тебя — тебе не нравится, что я женюсь на молодой. Но я это сделаю и уверяю тебя, что до маразма мне далеко, я отдаю отчет в своих действиях. Ты можешь меня осуждать как хочешь, но сделать ничего не можешь. Не ссорься, по крайней мере, с сестрой, раз уж со мной решила.

— Я не собираюсь с тобой ссориться, папа, как раз наоборот!

— Помолчи и послушай. Давай забудем твои опасения, не будем говорить о любви и так далее… Просто поймите, что нужно мне в этом браке. А нужны мне свежие эмоции и хоть иллюзия молодости. Что нужно Кате? Да, она умная девушка, расчет у нее есть. Ей нужно улучшение качества жизни. Мы можем это друг другу обеспечить! И при таких условиях вполне сможем мирно и счастливо существовать вместе. А вы, девочки, уже взрослые, вот и стройте свои жизни. И не вмешиваясь в мою.

Этот разговор, видимо, подействовал на Ольгу отрезвляюще. Свадьба прошла без эксцессов. Как и последующая жизнь их отца с молодой женой! Вопреки всем опасениям, еще восемь лет прожил отец счастливо со своей Катей, которая оказалась прекрасной женой и хорошей подругой своим «падчерицам». Она до последнего дня была рядом с Сергеем Ивановичем, который, умирая, благословил ее на новый брак…

Автор: Филомена