— Зачем вы пришли? Что вам нужно от меня? – резко спросила Марина.

— Понимаю, я не тот человек, которого вы хотели бы видеть.

— Я бы хотела, чтобы вы никогда не появлялась в нашей жизни. – Марина встала из-за стола и отошла к окну.

— Простите. Юра говорил, что вы очень хороший врач, — сказала девушка дрогнувшим голосом.

— Юра? – Марина резко повернулась к ней. — Так вот зачем ты пришла. Хочешь сделать аборт? Ты хотела его привязать к себе ребёнком, а он вдруг умер, так? Теперь ребёнок тебе не нужен.

— Всё не так! – со слезами в голосе воскликнула девушка. — У меня уже большой срок. Аборт делать поздно. Я не смогу его вырастить одна. У меня отец пьёт, а мама… Она всегда говорила, что не примет меня с ребёнком без мужа. Я ещё учусь. Юра снимал мне квартиру. Подошёл срок оплаты, а у меня нет денег, — торопливой скороговоркой говорила девушка, словно боялась, что не успеет.

— Так ты пришла за деньгами? – усмехнулась Марина и снова отвернулась к окну.

Какое-то время она молчала, потом снова села за стол.

— Сколько тебе лет?

— Двадцать один.

— Что же ты, Настя, такая неосторожная? В твоём возрасте девушки знают о контрацепции.

— Я знаю. Но Юра хотел ребёнка. Он говорил, что будет мне помогать. Что у вас…Что вы…

— Сколько тебе нужно денег? – оборвала её Марина.

— Девяносто тысяч за три месяца. Хозяйка сказала, что с ребёнком не разрешит жить. Мне только до родов.

— Надо же. Шестой месяц? По тебе не заметно. Кто будет?

— Девочка.- Черты Настиного лица смягчились. — Юра хотел назвать её Машей, как свою маму.

— Хорошо. Я дам тебе денег. Но запишись на приём к другому гинекологу. Ольга Ивановна Соловьёва очень хороший врач. Тебе обязательно нужно наблюдаться у врача. Поняла?

— Да, спасибо. – Настя вышла из кабинета.

Инга ворвалась в квартиру Марины, как фурия.

— Ты что, действительно собралась дать ей денег? Марина, очнись, она же аферистка. Дашь раз, будет тянуть из тебя постоянно, — ругалась Инга.

Но Марина уже приняла решение. И не похожа эта милая девочка на аферистку. Ей тоже тяжело.

— Она приехала из какой-то глубинки, куда не хочет возвращаться. Юра, как оказалось, не обещал на ней жениться. Он не хотел уходить от меня. Это я попросила его уйти. Пусть бы жил на две семьи, но жил. Пятнадцать лет не выкинешь из жизни, не забудешь.

— Марина, ты себя слышишь? Ты её жалеешь? Я не понимаю тебя, — Инга нервно ходила по комнате.

— Знаешь, сколько слёз я видела в своем кабинете? Такие вот молоденькие растерянные девушки уговаривали дать им направление на аборт. А потом рыдали, что не могут забеременеть. И ничего уже не исправить, – сказала Марина задумчиво.

— Нет, ты точно сошла с ума. – Инга поджала губы.

— Представь себя на моём месте. Что бы ты сделала? Выгнала её на улицу?

Когда Инга ушла, Марина нашла в телефоне Юры номер Насти, позвонила, а потом перевела ей деньги.

Девушка больше не приходила. Марина пыталась заставить себя не думать о ней. Надеялась, что та всё же уехала к родителям. Она больше ничем не могла ей помочь.

Марина так долго мечтала о ребёнке, а эта забеременела сразу. Почему такая несправедливость? Чем заслужила Марина такого? Но сколько не думала, на вопрос ответить не могла.

До Нового года осталось всего несколько дней. Марина даже ёлку не поставила. Зачем? Она впервые не радовалась празднику, предстоящим новогодним каникулам.

В дверь позвонили. Обещала заехать Инга, поэтому Марина без вопросов нажала кнопку домофона. Она приоткрыла дверь квартиры и стала ждать. Но увидела на пороге Настю с конвертом, перевязанным розовой ленточкой.

— Здравствуйте, Марина Сергеевна. Хозяйка на порог меня не пустила. Выставила мне за дверь сумку с вещами.

Марина только сейчас заметила, что в плечо Насти врезался ремень большой спортивной сумки, висевшей за спиной.

— Как же ты узнал мой адрес? Ах, да…

— Можно мне войти? Мне некуда больше идти. Я прямо из роддома. У меня нет сил…

— Проходи. Дай ребёнка. Не бойся, я ничего ему не сделаю.

— Ей, – поправила Настя Марину.

Марина взяла у Насти свёрток и заглянула в него. При виде крохотного личика её сердце захлестнула нежность.

— Маша? – спросила она.

— Вы запомнили?

— Молоко есть?

— Да. Кормить пора, грудь ломит.

В комнате Марина положила девочку на диван.

— Пока не проснулась, пойдём на кухню, покормлю тебя. Тебе нужно хорошо питаться, чтобы молоко прибывало. Ты так и не уехала домой?

Настя покачала головой.

— Ешь, потом я что-нибудь придумаю.

На следующий день пришла Инга.

— Чьи это вещи? Она не только денег выпросила у тебя, она уже и поселилась здесь? Я же предупреждала тебя, — начала возмущаться подруга.

— Тише. Девочку разбудишь. Мне нужно было выкинут её на улицу? С ребёнком?

— Нет, ты ненормальная. Мать Тереза, блин.

— Понимаешь, я как девочку увидела, взяла её на руки… Я не знаю, что со мной случилось. Я будто держала на руках своего собственного ребёнка. Ведь она и так почти моя. Это ребёнок Юры.

— Вот именно, что почти. А ты уверена, что это его дочь? Прости, Марина, но ты сошла с ума. Вот увидишь, оставит она тебе ребёнка, а сама сбежит. Они в спальне?

— Всё. Хватит, Инга. Я так решила.

Марина теперь постоянно не высыпалась. Чуть ночью девочка пискнет, она тут же бежала в спальню и брала её на руки, уносила к себе, давая Насте возможность поспать. Та выбивалась из сил за день с малышкой. Девочка ела за двоих, была беспокойной, засыпала только на руках.

Утром Марина перенесла малышку в спальню, оставила Насте завтрак и убежала на работу. Всех беременных она теперь встречала улыбкой.

Придя с работы и едва открыв дверь в квартиру, Марина услышала захлёбывавшийся крик девочки. Вбежала в спальню и взяла Машу на руки. Хотела отругать Настю, но её в квартире не оказалось. Исчезли и её вещи. К дверце холодильника магнитом была прикреплена записка: «Марина, простите меня. Вы будете для Маши замечательной матерью. Я написала отказ от неё».

Марина села на стул, не веря своим глазам. Маша на руках успокоилась. Но скоро она захочет есть. В холодильнике Марина нашла банку со сцеженным молоком. Хоть за это спасибо.

Инга, как всегда, развернула бурную деятельность. Ругала Марину и уговаривала её сдать девочку в дом малютки. Сбегала в аптеку за смесью, а прибежав, сказала, что из-под земли достанет сбежавшую мать.

— Не надо её искать. Никуда я Машу сдавать не буду. Я так мечтала о ребёнке. Не отговаривай меня. Лучше помоги найти порядочную няню.

Инга только развела руками.

Шло время. Маша всё больше становилась похожей на Юру. Только глаза были Настины, голубые. Иногда Марина просыпалась среди ночи от собственного крика. Ей снилось, что Настя вернулась, чтобы забрать Машу.

— Мама, тебе больно? Ты кричала. – Прибегала пятилетняя Маша и залезала к Марине в постель.

— Не больно, сон приснился. Спи. – Марина прижимала к себе дочку. «Не отдам. Никому тебя не отдам».

«Если вы хотите стать счастливее, не думайте о благодарности и неблагодарности и предавайтесь внутренней радости, которую приносит сама самоотдача»

Дейл Карнеги

«Кто ничего не ждет, никогда не будет разочарован. Вот хорошее правило жизни. Тогда всё, что придёт потом, покажется вам приятной неожиданностью»

Эрих Мария Ремарк

Автор: Живые страницы