Полка с нераспечатанными чудесами

На выходе из офиса, мимо стеллажа, она остановилась. На полке — аккуратный ряд таких же коробок. Кому-то было лень нести домой, кто-то забыл, кто-то специально оставил «на потом».

Часть стикеров она знала наизусть: «Светлана С.», «Александр К.», «Лариса В.»… Те самые люди, которые весь день шутили про предсказуемость сувениров.

«А вдруг…» — опять мелькнуло в голове.

Марина вдруг очень ясно представила, как в каждой из этих коробок, поверх конфет, лежит такой же белый лист. С чьим-то именем. С чьей-то историей. С чьим-то «спасибо». Написанным конкретно человеку, не отделу, не «коллективу», а живому сотруднику, который устает, сомневается, но всё равно приходит и делает своё дело.

Она представила, как вечером директор сидит в кабинете, допоздна, и кропотливо выводит слова ручкой — не поручает это секретарю, не распечатывает шаблонную открытку, а вспоминает каждого. Открывает список сотрудников и думает: «Что именно я могу сказать этому человеку? За что хочу поблагодарить?»

И как утром эти коробки раздают по отделам… А люди берут — и даже не открывают.

«И так понятно, что внутри».

Марина почувствовала почти физическую боль за эти нераскрытые коробки. Как будто чьи-то слова благодарности, чья-то попытка дотянуться, так и останутся запертыми под картоном и ленточкой.

Она на секунду даже захотела подойти и аккуратно снять крышку хотя бы с одной, посмотреть: есть ли там письмо. Но тут же остановила себя: нельзя. Это личное. Не её.

— Марина, ты идёшь? — окликнула её Светка, уже застёгивая пуховик.

— Да, сейчас, — ответила она и вдруг добавила: — Свет, ты свою коробку открыла?

— Да ну, — махнула рукой та. — Дома дети раздербанят. Всё равно там одно и то же каждый год. И так понятно.

Марина посмотрела на неё, потом на полку, на аккуратный ряд одинаковых «знаков внимания», и тихо сказала:

— Не всегда понятно.

Светка не придала значения её словам.

— Ты как всегда, — усмехнулась она. — Вникаешь. Пойдём уже, всё равно завтра последний день, там разберёмся.

Она ушла вперёд, а Марина ещё миг постояла.

«Сколько ещё таких подарков в моей жизни я не открыла, потому что решила: “И так всё ясно”? — подумала она. — Сколько слов, что были сказаны, я не услышала, потому что уже заранее знала, что “ничего нового”?»

Она вышла на улицу, спрятав письмо в папку с документами, как самое ценное, что уносила с собой в этот день.

То, что было предназначено лично тебе

Вечером дома дочка спросила:

— Мам, а тебе на работе подарили что-нибудь?

Марина положила на стол коробку конфет.

— Да, вот. Конфеты. Хотите с чаем?

Дочка радостно кивнула, муж заглянул с кухни:

— Опять корпоративные? Ну тоже приятно.

— Конфеты — да, как обычно, — улыбнулась Марина. — Но был ещё один подарок.

Она достала письмо и снова прочитала — теперь вслух. В комнате стало как-то особенно тихо. Дочка слушала с широко раскрытыми глазами, муж — с тем самым вниманием, которое появляется, когда речь идёт о чём-то по-настоящему важном.

— Ничего себе, — сказал он. — Это он сам писал?

— Похоже, что да, — кивнула Марина. — Для каждого своё. Только, кажется, многие даже не узнают об этом.

— Почему? — удивилась дочь. — Они что, не открыли?

Марина вздохнула.

— Потому что решили, что и так знают, что там внутри.

Девочка помолчала, потом задумчиво произнесла:

— Странно. Это как получить письмо от Деда Мороза и не прочитать…

Марина улыбнулась. Сравнение показалось ей точным и очень детским.

Ночью, лёжа в кровати, она ещё долго думала. О письме. О полке в офисе. О том, как часто они с коллегами заранее решают, какие люди вокруг, что они скажут, что сделают. О себе — которая давно привыкла считать, что её работа никому не заметна, и даже если что-то хорошее и случается, то это «случайность».

«А если бы я тоже решила “и так понятно” — и не открыла?» — подумала она.

Она представила, как коробка с её письмом стоит на верхней полке шкафа, покрывается пылью, потом переезжает в кладовку, потом — в мусорный пакет. И вместе с фантиками и картоном летит на свалку то, что было предназначено лично ей: конкретные слова, адресованные не «сотруднику отдела», а Марине Петровне.

От этой мысли по коже пробежал холодок.

Что прячется под крышкой

На следующий день, придя в офис, Марина снова посмотрела на стеллаж с коробками. Они всё так же стояли ровным рядом, оклеенные стикерами с фамилиями. Кто-то уже забрал свою, но большинство — нет.

Она не стала никого уговаривать, не пошла по отделу с пламенной речью. Просто, когда Светка снова пошутила про «предсказуемые подарки», Марина улыбнулась и тихо сказала:

— Иногда самое ценное лежит внутри. Просто надо открыть.

— Ты о чём? — не поняла та.

— О том, что мы слишком часто решаем заранее. Решаем, что люди вокруг предсказуемы. Что начальство не замечает. Что подарки — формальность. Что слова «спасибо» — только в шаблонных открытках. И из-за этого даже не заглядываем внутрь.

Светка фыркнула, но потом задумчиво посмотрела на свою коробку.

— Думаешь, стоит открыть? — спросила она.

Марина пожала плечами:

— Не знаю. Но мне вчера оказалось очень не всё равно, что там.

Она вернулась за свой стол, оставив подругу наедине с её выбором.

Эта история не про директора и не про корпоративные подарки. Она про то, как часто мы закрываемся от радости заранее. Как часто уверены, что уже «знаем людей» — и поэтому не слышим, когда нам говорят что-то важное. Не читаем письма, которые жизнь кладёт прямо поверх «обычных» событий. Не верим, что благодарность может быть настоящей.

Предвзятость — это невидимая крышка на коробке, которую нам протягивают. Пока мы повторяем: «Да там всё ясно», — мы лишаем себя радости, которая была предназначена лично нам.

Иногда достаточно лишь потянуть за ленточку.

Автор: Просто Папа и Василиса